June 29th, 2008

Володенька

Одиссея

1. Отплытие из Трои.
С Диегиной свадьбы я ушел как-то по-английски. Не помню, чтобы с кем-нибудь прощался, точно так же не помню, как оказался на улице. Помню дождь, лужи, и ощущение, что идя прямо я так никуда и не пришел. В этот момент мне вдруг стали звонить люди. Причем если звонок Лидского был ожидаем, то вот звонка старого приятеля Кости я никак не мог ждать, тем более в три часа ночи. Тем не менее, я принял решение идти обратно и искать Полинин дом. Итак, следуя мудрым телефонным наставлениям Лидского: "Мудила, прямо иди!" и стараясь не задеть ни дорогие тачки, ни стены домов, я двинулся обратно к граду Приама.
2. Полифем.
Однако путь мой был непрост. Не столько даже из-за тачек и стен (понаставили, понаехали) сколько из-за луж (понакапали). Плюс, на последнем этапе пути, одна из тачек задвигалась и подъехала ко мне. Я, используя международный язык жестов, стал показывать водиле, что в тачке в данный момент не нуждаюсь, то есть, чтобы он, типа, дальше ехал. Но водила и не собирался меня подбирать, у него уже был пассажир, - англичанин, которому надо было что-то объяснить.
-Хай, - сказал англичанин, - май нейм из Карлос.
-Карлос, - ответил я, - так ты ж, сцуко, испанец.
-Ни хуя, -ответил Карлос с хорошим европейским акцентом, - я шотландец.
-А хули ты тогда Карлос?, - наивно спросил я, стаясь занять такую позицию, чтобы Карлос не смог похлопать меня по карманам и выудить из них мобильный и кошелек.
-Мама назвала, - ответил Карлос, - а где тут Маяковка.
-Направо, - говорю, - а потом по Тверской, как увидите памятник, значит Маяковка. А ты точно не испанец?
-Я же сказал, - на чистом русском ответил Карлос, - я француз.
-Сцуко, - говорю, - что ж вы нас в футбол-то два раза обыграли.
-Я португалец, - невозмутимо ответил Карлос, сел в машину и уехал.
3. Эол.
Хорошенько ощупав себя после разговора с Карлосом, и обнаружив, что украсть у меня кошелек, документ и мобильник ему не удалось, я с гордым видом продолжил путь назад.
У стен Трои мне повстречались Афина-Паллада (в образе Даши Рыбиной) и мои спутники (в образе Лидского). Совместно с ними мы продожили путь к Пушкинской площади. Тут нам явился вестник богов Гермес в образе Игоря, который указал нам дорогу и, попрашавшись с нами, двинулся дальше. Когда мы добрались до пушкинской площади, выяснилось, что дороги наши тут расходятся. Афине-Паладе потребовалось доехать до Текстильщиков, а моим спутникам, в образе Лидского, до Земляного вала.
Я стал ловить машину и тут же остановилась Волга. За рулем сидел повелитель ветров Эол в очках, с усами и совершенно лысый.
-Мужик, - сказал я, стараясь сдержать икоту, - Афину-Палладу надо в Текстильщик свозить, за сто рублей.
-Пошел в жопу, - изрек Эол.
Закрыв дверь эолов колесницы, принявшей образ волги, я обернулся к своим спутникам и Афине-Палладе.
-Вообще-то, - сказала Афина-Паллада голосом Даши Рыбиной, - можно и триста предложить.
-А адрес какой, - спросил я,
Тут Афина назвала мне адрес, и я, повинуясь воле богов, обернулся к дороге и ударился вытянутой рукой о дверь колесницы Эола. Открыв дверь, я вновь узрел лысого, усатого Эола и сказал ему.
-За триста, говорю, Афину-Палладу по такому-то адресу.
-Это же Текстильщики, - ответил Эол.
-Знаю, - невозмутимо овтетил я, - так что?
-Едем, - сказал Эол и увез Афину-Палладу в Текстильщики.
4. Сцилла и Харибда
Оставшись на едине со своими спутниками, я предложил им выпить пивка и посидеть под памятником Пушкина. Однако спутники ответили мне, что не хотят ни аклоголя ни литературы, а хотят домой. Категорически отказавшись от купленного мной пива мои спутники заявили что-то про поэтику и комиссию и, поймав машину, уехали на Земляной вал. Оставшись в одиночестве с бутылкой пива, я присел под Пушкиным и стал определять маршрут. По никитскому, - решил я, - выйду на Новый Арбат, а оттуда поймаю тачку за сто рублей до дома. И тут мой наметанный глаз заметил гопничков, которые бочком подбирались ко мне из-за кустов. Харибдой была поэтика, а гопники стали Сциллой. Поскольку путников, чтобы имим пожертвовать у меня не было, я решил, что действовать надо быстро. Допив пиво в три глотка, я приготовился отбиваться бутылкой, но тут обнаружил, что никаких гопников за кустами нет, а есть, взявшиеся неизвестно откуда два, дородных милиционера, которые с плотоядным видом взирают на двух девушек на той стороне дороги.
5. Сирены.
Автопилот "домой" в мозгу мужчину существует, потому что, не помня ни как называется город, в котором я живу, ни даты смерти Наполеона, ни участников финала чемпионата Европы, я все же шел в правильном направленни. Но на никитском есть один подъебистый этап, где откуда не возьмись возникает церковь, где венчался Пушкиню Сия обстоятельство сильно меня смутило, ибо я ждал Нового Арбата, а дождался церкви. И я завернул в сквер (где детские грибочки), а там стояли две белых скамеечки... И тут с одной из них я услышал голоса Вани Лидского и Риты Ни. Внимательно осмотрев скамеечки, я ни обнаружил там ни Вани, ни Риты. Обернулся к церкви и задумался. Вот тут, Александ Сергеич, наше все, браком сочитался с Натальей Гончаровой... но думу мою вновь прервали голоса Лидского и Риты. Тщательный осмотр скамейки показал, что упомянутые товарищи там отсутствуют. И тогда я сел на эту скамейку, закрыл глаза... а когда открыл было уже светло.
6. Нимфа Калипсо.
И тут я решил, что машина мне не нужна, хватит и метра. Авто-пилот направил стопы мои к Краснопресненской и я шел, и шел, и шел, и шел... В каой-то момент по запаху животной мочи и дерьма, я определили, что краснопресненская рядом, ибо стою я у решетки закрытого на ночь зоопрака. И тут я залюбовался красивым изображением расписного ягуара, который изящно помахивал грациозным хвостом и со мной приключилась странная история. Честно скажу, я не уверен, что она вообще была, возможно это пьяные глюки. Ко мне подошла некая женщина с сумкой.
-Одиссей, - сказала она, - да десять рублей.
-Калипсо, милая, - ответил я качая головой, - которая у меня болела, не могу, меня Пенелопа ждет.
-Одиссей, - воззвала ко мне женщина эротическим голсом, - мне на билет, до Фрязино.
-Не могу, - трагическим голосо ответил я, потому что никакой Калипсе я не отдам свои последние сто рублей, - не могу!
-Жопа ты, Одиссей, - сказала Калипсо.
-Сцуко, просто, - ответил я и пошел в метро.
7. И двенадцать женихов.
Когда я добрался до дома было около восьми. Никаких женихов, Пенелопы или Телемаха в доме не было, а были дома родители и старший брат, которые мирно спали. И пришел я в свою комнату к той самой кровати, где хранится золото партии, как верили мои одноклассники, и которую, как писал Гомер, может сдвинуть лишь Одиссей. И лег я спать и спал.
Теперь брожу по квартире в поисках чего-нибудь жизнеутверждающего, то бишь анти-бодунного средства изготовленого в славном городе Ливеркузене.
Все, отписался нах.
Йодушка

Космические войска

А знаете, как фамилия заместителя командующего космическими войсками России?
Думаете Иванов, или Сидоров?
Нет, фамилия его Йода.



Да прибудет с вами Сила!