Арамис (fergus_f) wrote,
Арамис
fergus_f

Categories:

Дело было драконом

В стародавние времена, когда первый президен России еще был более или менее в здравом уме Эдуард Львович задумал постановку Дракона. Тогдашние восьмиклассники Стас, Лена, я и др несказанно сему обрадовались. Более того Дракона надлежало ставить в двух составах. Первый состав: Дракон - Алешковский, Ланселот - Стас, Бургомистр - Тихонов, Геннрих - Аня Кириллова, Шарлемань - Оля Нетупская (после пропуска одной репетиции по болезни ее заменили на Лену Зайцеву), Эльза - Женя Полыковская (Во втором составе на эту роль планировалась Лиза Некрасова. Надо сказать, что большей несуразности, чем Женя или Лиза в роли Эльзы было не придумать). Мне в этом действе отводилась концептуальная роль кота, но во втором составе я должен был быть бургомистром.
В тот момент мы еще наивно полагали, что в спектакле будет массовка - горожане, подруги эльзы, погонщики, садовник и др. Проблема в том, что найти кого-либо на такую роль было просто нереально. Каждый получивши роль такого масштаба радостно соглашался, но, обозрев свой текст, тут же делал ногни в руки.
Репетиции же сводились к тому, что мы хулиганили, Эдуард львович бесился и никто не знал, что ему делать.
Приэтом Алешковский привратил все это дело в большую тусу. То есть количество друзей Алешковского сильно привышало количество исполнителей. Алешковский же сам так увлекался тусовками, что порой опаздывал на свои выходы. При этом переодически его друзья оказывались на сцене в момент действия и звали его, чего-то от него хотя. Я уж не говорю о том, что в осветительской было всегда так шумно, что актеры не могли докричаться даже друг до друга.
И тут Эдуарда Львовича осенило. Он предложил Мииным друзьям роли погонщиков, горожан, подруг Эльзы, горожанок и др. Желаемый эффект был достигнут, на следущую репетиицию Митины друзья не пришли. Зато к началу наших мучений вокруг сорок пятого кабинета скопилось некоторое количество совершенно непонятных товарищей, которые только что отучились у Щекодина и Анны Палны. Не знаю в каком состоянии были бы вы, но мы немало удивились, обнаружив через пять минут, что этим ребятам предложены вышеозначенные роли в массовках. Самой потрясающей находкой был двухметровый физик, он с первых же минут взялся за дело и стал усердно ухлестывать за Эльзой (а может быть за обеими сразу). Этот физик должен был играть осла...
К какому-то моменту у нас пошла голова кругом от бесконечного круговорота горожан и погонщиков, подруг и горожанок, сменявщих друг друга каждую репетицию. Не знаю, остался ли на тот момент в школе хоть один ученик, который не мог бы похвастаться какой-нибудь маленькой ролью в спектакле "Дракон".
Потом Тихонов сломал ногу и я стал играть бургомистра, на посту кота меня заменила Оля Барыкова. Это важно, потом поймете почему.
В какой-то день, это было в ноябре, мечта сбылась, на репетицию наконец-то собрались все.
-Ура, - сказал Эдуард Львович, - сегодня у нас будет полный прогон!
Это при том, что на нормальном уровне мы могли сыграть лишь маленькие куски из первого и второго действий. а ряд товарищей вовсе не знал своих слов.
Итак, мы вяло двинулись... Первое действие с грехом попалам отыграли за час с небольшим под аккомпанемент громких руганий режиссера и ссор между актерами.
Во втором действии случилась маленькая заминка - полное не знание мзансцены. Сцена боя была разыграна и вовсе очень просто, Стас с Митей удалились за кулисы и время от времени издавали там ужасные вопли. Это при том, что всякая мелочь, типа реквизит, отсутствовала как класс и мы играли с пустышками.
И тут случился главный удар - адская перепалка между массовщиками, явившимися на ту репетицию. При разбирательстве оказалось, что четверо из них - садовники, двое первые погнщики, трое - первые подружки Эльзы, а еще двое - вторые горожане. Второго и четвертого погонщика оказалось по одному экземпляру, так же как третьей горожанки и разносчика. Пятый погонщик вместе с прочими отсутствовал.
В конце той репетиции у Эдуарда Львовича возник мучтельный вопрос - кого же надо назначить на судьбоносную роль пятого погонщика. И тут кто-то вспомнил про Тихонова, который, с трудом ковыляя, все-таки ходит в школу, но ногами еле двигает.
-Как Тихонов! - Сказал Эдуард Львович, - Я думал ему сейчас не до этого. Надо по справедливости вернуть ему роль бургомистра.
Это заявление меня огорчило, но не очень, все-таки у меня оставался кот, а эта роль мне очень нравилась.
Но у режиссера были другие планы на этот счет.
-Значит Тихонов бургомистр, Барыкова - кот, - сказал он задумчиво водя ручкой по своим бумажкам.
-Эдуард Львович, - тихо возмутился я, - а почему кот Барыкова, а не я, ведь по справедливости эту роль следует вернуть мне.
К солжалению у каждого человека свой взгляд на справедливость:
-Ну, мне кажется, даме надо уступить, - сказал режиссер тоном исключающем всякие возражения. Но, само собой тебя я без роли не оставлю. ты будешь пятым погонщиком.
Последнее словосочитание было произнесено так торжественно, с такой гордостью, что мне вдруг показалось, что меня не ниспровергают с великолепной роли в тылы массовки, а производят в рыцари. В рыцари... То есть мне надлежит встать на колени и склонить голову, а потому вдруг вдарят аплодисменты. Как же я забыл, что роль пятого погонщика самая важная в этом спектакле. Отдать ее исполнение мне со стороны Эдуарда Львовича было выражением исключительного доверия по отношению ко мне, ведь зрители придут исключительно ради того, чтобы посмотреть на пятого погонщика.
Чуть позже я из любопытства открыл книгу на нужной странице и увидел там свой монолог, гигантский монолог пятого погонщика с которым надлежало теперь жить, пятого погонщика, в образ которого предстояло вживаться.
-На держи, всю ночь ковали.
В тот вечер я заболел, а ночью, кажется в последний раз в жизни я очень сильно плакал. плакал от проявленной ко мне справедливости, плакал ужасно. но эти слезы остались незамечанными.
С тех пор много воды утекло и сейчас у меня прекрасные отношения с Эдуардом Львовичем, человеком которого я очень люблю и очень уважаю. Человеком которому я многим обязан, человеку мне близкому, который четыре год был нам вторым папой. Японцы называют это онзи - то есть не просто учитель, а учитель которого ученик особо почетает, учитель учение которого всегда остается с нами. Эдуард Львович бесспорный онзи, потому что я точно знаю, что всегда могу ему пожаловаться на жизнь, спросить совета. Сейчас, если говорить откровенно, он мне очень большой друг. старший друг. Словом, я уже давно не держу на него за это обиды, да, по сути, никогда не держал. но все-таки как-нибудь я спрошу у него, почему он тогда так со мной поступил, списав меня в такой глубокий запас.
Потом я вернулся. В начале деабря я отказался посещать репетиции. за что был обвинен в саботаже и неуважении к общему делу. На тот момент в возможность того, что постановка все-таки осуществиться не верил уже никто.
Спустя еще какое-то время я вернул себе роль кота, выиграв состязание у Оли Барыковой (за меня проголосовали и труппа и режиссер).
В начале февраля спектакль был законсервирован. На последнюю репетицию пришли Дракон, Бургомистр, Кот, Генрих и Шарлемань. Эльза и Ланселот отсутствовали. На той же репетиции было еще два осла и один третий погонщик.
Эдуард Львовчи не выдержал и отменил спектакль... В тот год на день труда мы сделали в классе симпатичные "Бешенные деньги".
Шла весна девяносто девятого года...
Спектакль Дракон состоялся семнадцатого мая две тысячи первого года.
Вторую часть напишу позднее...

П. С. Очень извиняюсь, если кого-то обидел. поверьте, я этого не хотел и если сделал это против воли, то прошу меня простить...
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 34 comments